Олег александрович ольжич (кандыба) — життевий путь, литературно-научная и общественно-политическая деятельность

4 Дипломная работа Олег Александрович Ольжич (Кандыба) — життевий путь, литературно-научная и общественно-политическая деятельность. План Вступление ----------------------- ---------------------------------- 3-11 Раздел. Прочитать остальную часть записи »

Проблема идентичности в драматургии леси украинский

Проблема идентичности в драматургии Леси Украинский Драма Леси Украинский «Каменный хозяин» — выдающееся произведение украинской литературы начала ХХ века. Работая над ним, писательница приложила максимум усилий, чтобы сделать его стиль «лаконичным, как надписи на базальте, освободить его от лирической вялости и розволиклости /.../, уняты сюжет в короткие энергичные черты, дать ему что-то каменного». «Каменный хозяин» воспринимается как философское произведение, в котором возбуждено ряд важных проблем, как: жертва и выкуп, верность и предательство, любовь и власть и тому подобное. Но не самое главное в драме — вопрос идентичности. Кстати, эта проблема органической для всей драматургического творчества Леси Украинский. Так, в драме-феерии «Лесная песня» Мавка сокрушенно замечает Лукашу Нет, дорогой, я тебе не упрекаю, а только — грустно, что не можешь ты своей жизнью к себе равняться. Впоследствии, в результате измены любимой, а затем и самому себе, Лукаш теряет самотождественность и превращается в оборотня. За измену самому себе корит Мавку Леший К кому ты подобная? В служанки, зарибници, что трудом горкой горбушку счастья хотела заработать — и не смогла ... Эта же проблема поднимается и в драматической поэме «В пуще». Скульптор Ричард Айрон не может найти общего языка с пуританской общиной в Масачузети, в частности с ее духовным проводником — проповедником Годвинсоном. Художнику не раз приходится вступать в острую полемику с родными и близкими ему людьми. Гордый, уверен в том, что его сила «в одиночестве» ничем не уступает Годвинсоновий силе в обществе, Ричард бросает вызов пуританам, чем, по сути, провоцирует погром ими своих художественных произведений. Оставив Масачузет и освободившись от фанатично настроенной толпы, скульптор, казалось бы, сможет полностью самореализоваться. Однако негативная свобода от влияния от враждебной среды не перерастает в положительную свободу действий (Э. Фромм). Художник переживает в Род-Айленде творческий упадок; "Не лучше ли было тогда, как руки фанатичные мои творения в прах разбивали? Потому что это же было каким-то признанием, что талант мой действительно может иметь силу ... " Таким образом, с освобождением от наступления борьбы, ежечасного отстаивания морального валидности своего жизненного выбора, художник теряет и самотождественность. В противоположность Ричарду певец Антей (драматическая поэма «Оргия») остается верным самому себе до конца. Он не идет на поклон к благостных победителей за славой и признанием, предпочитая быть в своей «хате укрытым сокровищем, но дорогим», чем нести талант, который должен был принадлежать родному краю, на пьедесталы чужаков, «в римский дом разврата». Достойным поведением Антей дает соотечественникам пример для подражания. И такие находятся (Евфрозина, Аполлодор). Когда жена певца Нерис бросила тень позора на всю нацию, Антей актом суицида утверждает в качестве моральной правоте своего жизненного выбора, который заключался в верном служении родному краю, так и собственную самоидентичность, оказавшейся под угрозой грубого попрание. Однако если в вышеназванных произведениях проблема идентичности лишь одна из целого комплекса других, не менее важных, то в «Каменном госте» она выступает своеобразным идейно-композиционным стержнем. Это утверждала и сама Леся Украинка о своей драме в письме А. Ю.Крымского от 24 мая 1912: "... идея ее — победа каменного, консервативного принципа, воплощенного в Командор, над раздвоенной душой гордой, эгоистичной женщины донны Анны , а через нее и над Дон Жуаном, «рыцарем свободы». Эти слова писательницы — ключ к пониманию идейно-художественной концепции произведения: имеем, таким образом, две потери идентичности, сначала донны Анны, а затем и Дон Жуана. Верными себе остаются только Командор (который «вышел слишком схематичным — это больше символ, чем живой человек») и Долорес («тип мученицы прирожденно», «над ней ничего» каменный «не власти»). К подобному трактовка драмы склонялся и А. Костенко. В предшественников украинской писательницы Тирсо де Молины, Мольера, Пушкина «произведение направлялся по традиционному девизом:» Каменный гость ". / .../ Леся Украинка написала сочинение под девизом: «Каменный хозяин». Итак, не гость, а хозяин "(выделено А. Костенко. &Mdash; А. К.). И действительно, гость, становится хозяином, не только приобретает власть и право на наследование имущества, но и меняет статус в иерархии духовных ценностей, отрицая свою предыдущую сущность. Поэтический мир Леси Украинский, как указывает А. Войтюк, состоит из трех сфер: а) «литосферы» — каминного мира еще не рожденного или уже умершего жизни, сквозными символами которого выступают образы камни, скал, первобытного хаоса; б) «биосферы» — мира естественно-биологических инстинктов и страстей, который обозначается образом «красной розы» или «цветка граната»; в) «ноосферы» — мира высокого человеческого духа и разума, символами этого мира являются образы «голубой розы» и «чаши святого Грааля». "Соотношение между выше отмеченными сферами имеет иерархический характер. Переход персонажа из низшей сферы к высшему характеризует его в положительном плане «, — подчеркивает литературовед. На уровне» биосферы "находятся донна Анна и Дон Жуан. Она — сильная, волевая женщина, которая хорошо разбирается, чего хочет и как добиться своего. Ставя на Командора, Анна надеется не только подняться на высшую ступень в социальной лестнице, но и получить свободу, которую, по ее мнению, может дать только власть Для гордой и властной души жизни и воля — на горе высокой. Мир Анны — это мир «естественно-биологических инстинктов и страстей». Недаром же Дон Жуан, тонко чувствуя это, дарит «цветка гранаты — /.../ знак жажды». Охотясь на «рыцаря воли», Анна кокетничает, хитрит, соблазняет, проявляет свой природный ум. С Командором же она ведет себя гордо, кпить, иронизирует по его «каминности»: ... я могу так вас впевнятись как на каменную гору! Ведь правда? Донна Анна чувствует себя «белой волной», которая рвется «в пляс своевольный», хотя и знает, что кончит его у холодного камня. Однако в «раздвоенной душе гордой эгоистичной женщины», кроме витализма, вызревают и противоположные тенденции. Замуж за Командора она выходит по расчету. Ей нравится кладбище. "Неужели тебе заманчивое могильная ся красота? Тебе, счастливой! " &Mdash; спрашивает Долорес. «Счастливой? ...» &Mdash; удивляется Анна. Ее жених — НЕ рыцарь-освободитель с каминной неволе, а «сама гора», лишь средство для осуществления далеко идущих честолюбивых планов. Но больше всего выдает еще пока неуверенные некрофильный ориентации донны Анны ее «жестокая мечта»: снится мне какая гора стремительная и неприступная, на той горе прочный , строгий замок как гнездо орлиное ... В этом замке принцесса молодая ... никто не может к ней подступиться на кручу ...

Олег александрович ольжич (кандыба) — життевий путь, литературно-научная и общественно-политическая деятельность часть 2

Деятельность и влияние Культурной Референтуры на сознание украинского населения эмиграции были достаточно значительными, а их последствия заметны за пределами Украины. Это подтверждается участием представителей Референтуры в издании различных журналов и газет, а позже учреждением собственных изданий в военном Киеве. Прочитать остальную часть записи »

Велесова книга

Велесова книга Содержание 1 История текста 2 Научные экспертизы Велесовой Книги 2.1 Первая экспертиза 2.2 Вторая экспертиза 3 Анализ Велесовой книги 3.1 Графика 3.2 Палеография 4 Сторонники и противники подлинности ВК 4.1 Сторонники подлинности ВК 4.2 Противники подлинности ВК. 5 Другие деревянные письменные памятники. 6 Ссылка Велесова Книга ( Книга Велеса , Влес книга , Veles Book ) — по одной из версий древнейшая славянская письменный памятник, а по другой версии — фальсификация XIX — XX в. Велесова книга это сборник молитв, легенд, рассказов о давней славянской истории. Была написана (или сведена воедино из нескольких меньших текстов) на деревянных дощечках ранней кириллицей, различными авторами в разное время в конце IX — в начале X в. (Если есть оригиналом), в Полесье. События, описанные в ВК охватывают период примерно от 7 ст. до н. д. до конца IX в. н. д. Название книги связано с именем славянского бога Велеса. В последнее время получило развитие неоязычество, в котором ВК считается священным писанием (Волховником). История текста В елесова книга была найдена в 1919 году полковником белой армии Али Изенбеком в разгромленной помещичий усадьбе Великий Бурлук Харьковской области. Текст ВК был нацарапан или выжженный на березовых (по другим данным дубовых) дощечках размером 38 на 22 см, толщиной до 1 см; они были нанизаны на ремешок. В 1925 году Изенбек поселился в Брюсселе, где познакомился с Юрием Петровичем Миролюбовым — белоэмигрантов из Украины. По образованию Миролюбов был инженером-химиком, но очень интересовался славянскими древностями. Дальнейшая судьба Велесовой Книги тесно связана именно с этой фигурой. С 1925 по 1939 Миролюбов переписывал текст ВК. Изенбек не позволял выносить дощечки из своего помещения и отклонил предложения бельгийских ученых, которые хотели заниматься изучением дощечек. Миролюбову удалось сделать только одно качественное фото и то не с оригинала а с прориси 16 дощечки, которое и дало название книге (текст этой дощечки начинается словами: «Влес книгу сию»). Кроме Миролюбова дощечек ВК никто не видел. В 1940 г... По Брюссель пришли немцы, а в в 1941 умер Али Изенбек. Дальнейшая судьба дощечек неизвестна. В 1954-59 гг. Часть ВК была опубликована в журнале «Жар-птица» в Сан-Франциско. Редактор журнала А. А. Куренков получил тексты ВК от Миролюбова. После этого исследованием ВК начал заниматься Н. Ф. Скрипник, который также получил копии переписанных Миролюбовым текстов. Он опубликовал тексты ВК в Канаде, в 70-х годах 20 в. Именно это издание Скрипника считается наиболее полным и точным. Научные экспертизы Велесовой Книги Первая экспертиза При посредничестве Мельбурнского университета (Австралия) эмигрант из Киева С. Лесной в конце 50-х гг. Прислал в Академию наук СССР и Славянского Комитета свои статьи о ВК и фотографию прориси шестнадцатого дощечки, призвав специалистов признать важность изучения «дощечек Изенбека», в которых он видел оригинал древнерусского рукописи IX в. Но С. Лесной не сделал ни палеографического, ни лингвистического анализа текста, а его рассуждения имели лишь общий обзорный характер. Он подчеркнул, прежде всего, оригинальность и неповторимость как техники написания ВК, так и ее содержания. По его мнению, изготовление деревянных книг — особое искусство. И фальсификатор не решился бы на такую подделку, да еще и в объеме более трех печатных листа; алфавит своеобразный, похожий на кириллицу, но без грецизмов; язык тоже неповторимая, но во всем должна четкие славянские формы; поражают и исторические знания авторов. В начале 1959 С. Лесной получил из Москвы ответ, что ВК — подделка. Экспертное заключение Академии наук СССР о ВК, как подделку, был подготовлен палеографом Лидией Петровной Жуковской. Отметив, что палеография начертаний достаточно давняя, докириливська, она все же заметила, что произношение звуков, отдельные морфологические черты «свидетельствуют о явлениях, сосуществование которых с точки зрения современного славянского языкознания, абсурдно». То есть в тексте д. 16 было зафиксировано немало таких форм, которые возникли в славянских языках позже IX в. На этом основании и был сделан вывод о подделке. Впоследствии, анализируя результаты этой экспертизы, С. Лесной несколько изменил свою позицию и заметил, что достопримечательность могла дойти до нас в более поздних копиях, как и многие другие древнерусские памятники. Но и это мнение не было принято во внимание в научных кругах. Вторая экспертиза Новый этап в исследовании ВК начался с публикациями Олега Викторовича Творогова, который проработал материалы по ВК, присланные в Институт русской литературы Борисом Ребиндера (Франция). Это были тексты из архива Ю. Миролюбова, напечатаны М. Скрыпником в украинских изданиях Лондона и Гааги. А. Творогов не возвращался уже к тексту д.16, лишь отметил, что лингвистам (т. е. Л. П. Жуковский) оказалось достаточным и незначительного отрывке текста, чтобы серьезно и обоснованно сомневаться в подлинности «Влесовой книги». Он делал уже анализ всего текста, но довольно поверхностный, по той причине, что, как он сам отметил, выводы очевидны и при поверхностном анализе текста. Он также пришел к выводу, что ВК фальсификат, также на основе морфологии и фонетики достопримечательности, как и Л. П. Жуковская. Мнение о том, что это более поздняя копия была также не учтен, объяснив это тем, что если бы памятник был переписана в 16-17 вв., То она непременно была бы переписана на бумаге, а не на дощечках. С конца 80-х. лет 20 в. исследованием ВК начал заниматься украинский ученый — Борис Яценко, который пытался оппонировать Творогову и Жуковский и доводившим то, что ВК НЕ фальсификат. Морфологические и фонетические недостатки текста он объяснял тем, что в руки Изенбека попала копия конца 17 в., Которая в свою очередь была сделана из копии 15 в.

Художник в прозе чернявского часть 2

Кстати, один из известных диаспоры литературоведов Ю. Бойко-Блохин в 1933 году ездил в Херсон к Чернявского, чтобы "узнать у него то о Коцюбинского ". И, как вспоминал Ю. Бойко-Блохин, Чернявский дал ему толчок для лучшего понимания модернистских интересов Коцюбинского. Послужила Ю. Бойко-Блохину для работы над творчеством Великого солнцепоклонники и труд «Красная лилия», в которой Чернявский подал немало психологических картин из жизни писателя, акцентируя его талант, ответственность, жизнелюбие, одиночество, тактичность и эстетизм. Прочитать остальную часть записи »

Взаимодействие элементов массовой и элитарной литературы сквозь призму библейского интертекста

Взаимодействие элементов массовой и элитарной литературы сквозь призму библейского интертекста (на материале романов в. Дрозда "Злой дух. С житием " и " убийство за сто тысяч американских долларов » ) Влияние Библии на художественную литературу является неоспоримым. Пословицы, поговорки, высказывания-афоризмы, сравнения, образы, мотивы, сюжеты и т. д. является неисчерпаемой сокровищницей для творческих переработок и авторских интерпретаций. Нет такого писателя, который бы вообще никогда не обращался к Священному Писанию, в необычного образца вершины элитарной литературы. Прочитать остальную часть записи »

Русофильство — еще один украинский проект. замечания о невоплощенное стремление часть 4

Даже вроде управляемая из России «агитация» среди галицких крестьян, накануне войны вызвала панику в австрийских служащих, имела не столько русское, сколько галицкий корни. Русофильские агитаторы никогда не вели в крестьянской среде дискуссий о вопросах языка и литературы, эта тема предназначалась для элиты. Прочитать остальную часть записи »

Своеобразие детективного сюжета в прозе е. кононенко

Своеобразие детективного сюжета в прозе Е. Кононенко Произведения Е. Кононенко непременно привлекают внимание многих критиков и исследователей, которые единодушно определяют ее романы и повести как детективы. Ведущими в рассмотрении романов писательницы «Имитация», «Измена» и повести «Ностальгия» критерии, характерные именно для детективных произведений. В то же время все авторы исследований отмечают своеобразие жанровых единиц детектива автором. Прочитать остальную часть записи »

Русофильство — еще один украинский проект. замечания о невоплощенное стремление

Русофильство: еще один украинский проект? Замечания о невоплощенное стремление На протяжении всей украинской истории, как сформулировал в своей исторической эссе Иван Лысяк-Рудницкий, наибольший вес имели три экзистенциальные проблемы: вопросы взаимоотношений с соседями на юге — тюрко-татарскими этносами и Османской империей; с соседями на Западе — поляками; наконец, отношения с Московским государством и Российской Империей на северо-востоке. Все эти три фактора оставили заметный след в истории и генезисе украинской нации. Для начала, на ход событий на территории Украины со времен поздней античности влияла неопределенная ситуация на границе со степью. Прочитать остальную часть записи »

Дискурсивное поле «невыдуманные новеллы жизни» олеся гончара часть 2

Очерк начинается риторическим для автора вопросом: "Удивляюсь: откуда у него (Ю. Шевелева. — В. Г .) столько патологической злобы к моему творчеству ". Далее автор приводит ряд аргументов, подтверждающих предположение о том, что его записку из концлагеря Ю. Шевелев, сотрудник немецкой оккупационной газеты «Новая Украина» в Харькове, получил. Однако не только это болело Гончару: «В эмиграции профессор время от времени вспоминал и мои произведения и каждый раз крайне тенденциозно, весьма негативно, почти с необъяснимой для меня ненавистью, а клеймя, скажем, невинную» Таврию ", именно тогда, когда ею зачитывались степные чабаны и радовались ей академики, мой строгий заокеанский негативистам иногда после поношения даже пускал неискреннее крокодиловую слезу: «горькие слова, страшные слова, но они должны быть сказаны». Цитируемые слова Ю. Шевелева с указанной статьи 1953 года: "Именно так! «Горькие» и «страшные», профессор, но я вынужден вернуть их Вам, сказать их именно Вам, и я их говорю, писал эту невыдуманную новеллу жизни, новеллу о ренегата ", — переводят этот фрагмент текста до кульминационного момента, высшей точки эмоционального и интеллектуального напряжения содержания, выполняют роль аллюзии, выразительного намека на то, что именно они побудили Олеся Гончара на такую откровенную, но все же «дневниковых разговор» со своим строгим критиком. В тексте больше нет указаний на труд Ю. Шевелева. Зная, как писатель высоко ценил украинскую классику и всегда отмечал преемственности культурных традиций украинского народа, писал об оригинальности и незаурядность национальной литературы (об этом свидетельствуют его многочисленные публицистические произведения разных жанров), чувствуется, что он болезненно воспринимал не только несправедливые обвинения его самого в отсутствии таланта и примитивизме («Сегодня было бы одинаково неуместно и вредно поднимать Гончара как украинского писателя, — я хотел бы подчеркнуть обе части этого определения — и украинского — и писателя ...»), а также и вызов своего заокеанского негативистам, который так хладнокровно на материале романа своего бывшего ученика «попытался сделать баланс достижений и потерь украинской литературы», всей «подсоветской» (а в контексте и классической) на том основании, что она была подневольный и изолирована от западных экспериментов. В пользу наших предположений о том, что «Невыдуманная новелла жизни» родилась не только из личной обиды Олеся Гончара, свидетельствует хотя бы то, что приведенные строки Ю. Шевелева взяты из контекста, который касается украинской литературы в целом, в том числе процитированные именно с размышлений критика-эмигранта о том, что «безстилевисть» романа «Таврия» указывает на "главную потерю украинской литературы в СССР — потерю культуры (выделение Ю. Шевелева. — В. Г .). это горькие слова, страшные слова, но они должны быть сказаны "(выделение наши. — В. Г .). Украинская литература в СССР не только загнанная на 70 лет назад, — она не занимает даже той степени культуры, занимала тогда «. Внимательное прочтение» Таврии "с учетом времени, в которую это произведение писалось, опровергает все аргументы Ю. Шевелева на доказательства утверждений об отсутствии мысли и философских проблем в романе Олеся Гончара («Мир мысли прогнанный из романа полностью»), потерю стиля на основании наличия в тексте «larden d'Acclimatation», вместо «Jardin d'Acclimatation» — ошибку, не замеченной корректорами, редакторами и «некультурным критикой», «разинтеллигенчивания» содержания, аморфности структуры, списывание классики — «интонаций» Коцюбинского, Гоголя, Горького, Чехова. Ю. Шевелев, видимо, просто не знал, что Олесь Гончар любил творчество еще и Л. Толстого, Ф. Достоевского, М. Ауэзова, М. Шолохова, он бы их имена непременно добавил в указанный перечень. Так, «просто живьем взяты интонации просто фразы из Коцюбинского» иллюстрируются на основе сопоставлений такого плана: «Коцюбинский:» Своя земля просит рук, а он снялся и ... Умножились вас. Нет на вас войны или холеры ". Гончар: "Ишь, сколько напливло ... и с каждой весной все больше ... Умножились народа — деваться уже ему некуда ". Контраргументом до последнего может быть такое: Олесь Гончар, как и любой писатель имел право на творческую трансформацию народного выражения, фразеологизма, как это сделал в тексте и Коцюбинский, а созвучность их в обоих писателей свидетельствует о том, что они независимо друг от друга питали свою образную стихию из народного источника. «Невыдуманная новелла жизни» Олеся Гончара возникла из боли, стал по сути предсмертным воплем писателя, а чрезвычайно противоречивая статья Ю. Шевелева 1953 года — с бесстрастных бухгалтерских попыток диаспорного интеллектуала, стал подводить дебет достижений и потерь литературы послевоенной Украине, часть писателей которой с осколками под сердцем и с ноющими ранами уже готовили хрущевскую весну, который с присущим ему скепсисом отождествляет подвиг с преступлением ("И поэтому правы те, кто скажет, что роман Гончара — подвиг. Но правы и те, кто скажет, что это — преступление "). Олесь Гончар хорошо знал цену подвига и преступления, пройдя путями войны и звидавшы ужасы плена. Когда для Ю. Шевелева война на территории Украины была немецко-советской, то для Олеся Гончара она была, без сомнения, Отечественной. Однако при всей пренебрежении коллаборантству в среде украинской интеллигенции лет войны, он нигде, кроме дневников, не упоминает о сотрудничестве Ю. Шевелева с оккупантами, а находит в очерке смягченную форму определения его отступничества от национальной культуры — «ренегат». И это не просто «обычный для послевоенной Украине штамп», как отмечала Б. Бердиховска, когда «любая активность украинства во время Второй мировой войны очерчивалась, как» коллаборация с фашизмом ", а любого настроенного против Советского Союза Заклеймены как ренегата ", а сознательное разграничение писателем различных слоев украинской эмиграции. Итак, наша интерпретация проблемы раскрывает технологию создания очерка «Невыдуманная новелла жизни», уточняет определение его жанра, подчеркивает автобиографический синерген в содержании произведения, выясняет отдельные страницы истории украинской литературы. ЛИТЕРАТУРА
  1. Аблицов В. Болезненный поиск Родины — прежде духовной // Молодежь Украины. Прочитать остальную часть записи »